Поездка по краю кризиса с обзором в зеркале заднего вида

Экспертиза

Один из главных парадоксов последнего года: одновременное повышение интереса и недоверия к экономическим прогнозам. С одной стороны, перспективы выхода из кризиса и контуры пост-кризисного мира стали одной из основных тем в деловых СМИ, блогах и социальных сетях. С другой стороны, публика с раздражением комментировала регулярные корректировки прогнозов видных аналитиков, государственных мужей, представителей международных финансовых институтов и рейтинговых агентств. Очевидно, что прогнозирование само оказалось в кризисе. Тем не менее, бизнесмены по-прежнему нуждаются в ориентирах и продолжают их искать.

На какие методы прогнозирования сегодня можно опереться? Отвечает один из ведущих белорусских прогнозистов, руководитель направления прогнозирования рынков компании Indecom Валентин Горошко.

Кризис взвешен и найден слишком легким

Валентин Горошко
– Валентин Владимирович, экономическую науку часто упрекают в том, что она не смогла предсказать нынешний кризис. Мол, если она не обладает предсказательной силой – какая же это наука. Сегодня к этому упреку некоторые добавляют второй: мол, зачем нас было пугать Великой Депрессией, если мировая экономика практически вышла из рецессии всего за год с небольшим?
– Во-первых, кризис был предсказан, и неоднократно. Во-вторых, выход мировой экономики из рецессии не так уж близок, как об этом говорят. Но давайте обо всем по порядку. Кризис предсказывал в деталях не только популярный сегодня Михаил Хазин. На протяжении последнего десятилетия внимательный читатель мог заметить массу публикаций в деловых СМИ (реже – в русскоязычных, чаще – в англоязычных), авторы которых предупреждали о неизбежности серьезного спада, подчеркивая, что, в силу накопившихся в экономике перекосов, нас ждет не обычный циклический, а системный спад. До сих пор вспоминаю опубликованную в 2003 году статью на эту тему известного финансиста Джорджа Сороса: «Уж музыка закончилась, а они все выплясывают». Так что серьезные люди все знали заранее. Но, естественно, не могли предсказать «день X». Поэтому участников рынка можно понять: когда все вокруг торгуют на повышение – глупо оставаться в стороне. Все просто занимались своим бизнесом, старались заработать. И когда «день X» таки-наступил, проиграли те, у кого на руках остались «кислотные» активы, а выиграли те, перед самым кризисом пустил их по цепочке. И то, и другое было делом случая.

– Вы считаете, что кризис еще не закончился?
– Однозначно – нет. Посмотрите, к примеру, на график, составленный на основе открытой статистики Федеральной резервной системы США. Денежная база – совокупность обязательств центрального банка, которые могут быть использованы для создания денежной массы. Увеличение денежной базы приводит к многократному (мультипликативному) расширению вкладов в коммерческих банках и денежной массы. Как видите, последний квартал происходила беспрецедентная денежная накачка, по сравнению с которой активность ФРС времен кризиса доткомов была рябью на воде. Совершенно очевидно, что нам еще предстоят серьезные испытания.

dinamica

Источник: ФРС США (http://www.federalreserve.gov/releases/h3/current/h3.htm).

От трендов – к сценариям

– Почему все-таки аналитики за последний год так часто меняли свои прогнозы?
– Делать рыночные прогнозы всегда было непростым делом: экономика – сложнейшая система, обладающая тысячами обратных связей, причем, зачастую, нелинейных. Вспомните, к примеру, «войну» кассетных и CD-проигрывателей. Как только последние стали дешевле первых, аналитики дружно предсказали скорую смерть аудиокассет. Казалось бы, если поставить рядом с громоздким магнитофоном изящный и экономичный CD-плейер – выбор очевиден. Однако никому из аналитиков не пришло в голову, что большинству покупателей понадобится еще целых шесть лет, чтобы решиться на перезапись своей аудиоколлекции на новые носители и на поиски для нее нового места в квартире… Нелинейность экономических процессов во времена кризисов усугубляется новыми непредсказуемыми факторами. Представьте себя на месте водителя, который едет по горной дороге, но вынужден управлять автомобилем, глядя только в зеркало заднего вида. Образ, конечно, сюрреалистичный – но он точно соответствует нашим возможностям по прогнозированию и управлению мировой экономикой. Пока дорога идет прямо в гору – водитель может без особого труда предсказать дальнейшее движение, ориентируясь на пройденный путь. Но как только на дороге появляется зигзаг (читай – кризис) – машина рискует свалиться в пропасть, если водитель не оторвется от зеркала заднего вида. То же самое и с методами прогнозирования рынка. Сегодня перестали работать практически все классические математические модели, основанные на использовании статистики прошлых периодов, определении функции развития процесса, выделении трендовой составляющей и экстраполяции функции на будущие периоды. В частности, на «извилистой дороге» перестали давать адекватную картину все популярные модели прогнозирования рынка, входящие в семейство ARIMA-метода. Их время вернется, только когда рынок вернется к поступательному развитию.

– Тогда какие модели работают? Если оттолкнуться от вашей метафоры, какие методы позволяют сегодня «смотреть вперед»?
– Мне подобные вопросы сегодня часто задают на лекциях в бизнес-школе ИПМ. Например: как, прогнозировать сбыт автомобилей, если у авто-дилеров продажи упали на 80%. Классические методы тут бессильны. В распоряжении бизнеса, по сути, остаются только методы сценарного прогнозирования. Кстати, на глобальном уровне эти методы отлично отработаны и, я полагаю, сегодня на полную мощь используются правительствами развитых стран. После второй мировой войны технологии сценарного прогнозирования десятилетиями шлифовались в западных частных мозговых центрах, работающих по госзаказам и т.н. ситуационных комнатах при президентах и премьер-министрах. Подобные ситуационные центры появились уже и в России. Насколько я знаю, делаются и попытки их создания в Беларуси. В обязанности их сотрудников, в частности, входит проведение ситуационных игр, в ходе которых рассматриваются самые невероятные риски и способы их нивелирования. Как вы думаете, что сделал президент США, когда, например, случился карибский кризис? Он просто вскрыл конверт, в котором был расписан порядок действий в случае, когда рядом с границами США появляются военные базы вероятного противника. И таких конвертов за десятилетия было подготовлено бесчисленное количество. Те же самые технологии работают и сегодня. Например, американские СМИ сейчас кричат о создании резервационных кампусов, куда власти якобы готовятся интернировать всех недовольных. Стремится ли Обама к сворачиванию демократии? Нет, конечно, просто система готовит резервные ходы на случай, если кризис вызовет социальные беспорядки…

– Как методы сценарного прогнозирования могут быть использованы на уровне предприятия?
– На мой взгляд, единственный подход, адекватно работающий сегодня на микро-уровне – построение дерева сценариев: начиная с глобальных процессов, продвигаясь к континентальным, страновым процессам и заканчивая уровнем конкретного предприятия. Вместе с моим коллегой Андреем Колядой мы разработали на основе этого подхода технологию FMTM, From macro to micro («От макроуровня – к микроуровню»). Этот метод позволяет на основе пошагового рассмотрения разноуровневых рисков перейти к анализу основных показателей предприятия с помощью традиционной, хорошо известной бизнесменам балансовой модели.

– Поводом для создания этой технологии стал нынешний кризис?
– Нет, она начала разрабатываться раньше. Еще в благополучные времена клиенты часто задавали нам вопрос: «Как мне просчитать выгоды освоения нового региона, в котором у меня нет ни одной цифры продаж?» Многие аналитические и консалтинговые агентства просто не брались за такую работу – либо предлагали провести опросы покупателей. Но какая польза от опроса, если речь идет о новой, неизвестной покупателям продукции? Поэтому мы разработали подход, позволяющий учесть в одной модели тенденции на макро- и микроуровне. К примеру, компания собирается продавать в новом регионе телевизоры. Для начала мы смотрим такой важный макроэкономический показатель как количество свободных денег у населения. Анализируем их распределение по секторам потребления: коммунальные услуги, еда, товары длительного пользования и др., а среди товаров длительного пользования – телевизоры, мебель, ковры и т.д.. Затем смотрим, как развивается ситуация на макроуровне (для наглядности могу напомнить 1990-е годы, когда у людей денег хватало, в основном, на оплату жилья и на еду), какие отрасли преобладают в регионе – аутсайдеры или лидеры, какие нелинейные факторы и риски влияют сегодня на поведение потребителей и т.д. Этот подход позволяет достаточно точно просчитать, будет ли спрос на телевизоры в данном регионе расти или падать. А насколько удачно предприятие воспользуется этой объективной тенденцией – уже вопрос владения маркетинговыми технологиями. Конечно, этот подход не дает ответов, когда речь идет о продаже инвестиционных товаров: тракторов, станков и т.д. Там работают другие механизмы: тендерные закупки, госзаказ. Но на потребительском рынке мы рекомендуем только такой подход.

От глобального рынка – к отдельной компании

– Продемонстрируйте, пожалуйста, работу метода From macro to micro на примере нынешней кризисной ситуации. Какие сценарии следует учитывать отечественным предприятиям?
– Начнем с глобального уровня. На этом уровне четко просматриваются три основных сценария – инфляционный, дефляционный и протекционистский – и поезду мировой экономики осталось совсем немного до развилки. В принципе, события пока что развиваются по инфляционному сценарию. Причем, беспрецедентной денежной накачкой, о которой мы говорили выше, занимается не только ФРС США, но и центробанки многих других стран. Естественно, бесконечно это продолжаться не может. По нашим подсчетам, развязка наступит примерно через полгода. После этого – либо гиперинфляция, либо переход к другим, еще более болезненным сценариям. Конечно, инфляционный путь – весьма болезненный. И для домашних хозяйств, и для предприятий, и для государств. Но – не смертельный.

– Вы в этом уверены?
– Своим слушателям – а это опытные и умудренные жизнью бизнесмены 30–50 лет, я часто задаю на лекциях вопрос: какие уровни инфляции вы помните? Как правило, озвучиваются цифры 30–40%. И люди не могут поверить своим глазам, когда показываешь им графики Нацбанка РБ, на которых зафиксированы уровни инфляции, достигавшие 1800% в середине 1994–95 годах и 150–200% – совсем недавно, в 2000–2001 годах! При этом процентная ставка в первом случае достигала 300%, во втором – 100%. Таким образом, трудности, связанные с гиперинфляцией, достаточно быстро забываются. Конечно, последствия гиперинфляции в мировом масштабе в нынешних условиях могут оказаться весьма болезненными, в частности, цены на золото могут вырасти до $1400–1500 за унцию, на нефть – до $200–300 за баррель. Процесс может завершиться падением доллара, появлением новой мировой валюты с гибкой и прозрачной системой регулирования, введением золотого стандарта или другими подобными мерами. Будут сдуваться старые «пузыри». Исчезнут многие банки, компании, их место займут новые бренды. Но – сохранится привычная и достаточно комфортная для большинства нынешняя капиталистическая система. Сохранится человеческий капитал. Поэтому я прекрасно понимаю логику мировых регуляторов, которые стремятся дать передышку бизнесу и населению и подталкивают события по наименее болезненному пути.

– Дефляционный и протекционистский сценарии несут больше рисков?
– Гораздо больше. Дефляция – это вообще катастрофа. Рафинированные экономисты, живущие в золотой клетке, могут сколько угодно говорить о том, что наилучший путь – позволить экономическим силам самим отрегулировать все механизмы. В реальности этот сценарий запустит дефляционную спираль, вызовет повальное банкротство банков и предприятий, взрыв безработицы, глобальный и локальные социальные коллапсы. Вы только представьте, что в городе останавливается большинство предприятий. Людям ничего не останется других способов выживания, кроме растаскивания инфраструктуры, начиная с медных проводов на линиях электропередач. Дело может дойти до социальных волнений и даже разрушения отдельных национальных экономик и государств. Что касается протекционистского сценария, то в его формуле – слишком много неизвестных. В принципе, мы уже сейчас наблюдаем элементы протекционизма в действиях многих стран. Но если этот сценарий всерьез предпочтет большинство государств, если страны начнут «закрывать» национальные экономики от внешнего мира, замыкать внутренние ресурсы на собственное потребление – нам придется забыть о глобализации и правилах ВТО. Более того, третий сценарий равносилен отказу от капиталистической системы в ее современном виде. К чему может привести подобная системная трансформация и порадуют ли нас ее итоги – сегодня сказать сложно: слишком много альтернатив.

– Какие варианты развития событий возможны на страновом уровне – в Беларуси?
– Отчетливо просматриваются три базовых сценария: долговой, эмиссионный и приватизационный. Пока что страна движется по первому, долговому сценарию (сценарий рекрутинга внешних ресурсов). Чтобы помочь торговому и платежному балансам, ведется ювелирная геополитическая игра, привлекаются средства из любых доступных источников. Но, понятно, что этот источник не бесконечен: как только придет время платить по кредитам, нынешний отрицательный платежный баланс усугубится еще больше. Следовательно, нарастает риск девальвации, который в течение года купировался быстрым ростом внешнего долга (в первую очередь – правительственного) и отдельными приватизационными актами. Неустойчивость девальвационного навеса сильно возрастает к середине 2010 – началу 2011 года, и по достижении внешним долгом предела безопасности валютный риск становится нетерпимым. Если в этих условиях расходы бюджета не будут скорректированы пропорционально доходам, то дефицит бюджета станет дополнительным усугубляющим фактором. Эффект отвлечения ресурсов на финансирование дефицита увеличит ставки и еще больше ограничит экономическую активность, увеличит издержки и приведет к падению сборов в бюджет и далее по кругу обратной связи. Таким образом, эмиссионное финансирование бюджета даже при улучшении мировой конъюнктуры ведет к скоротечному валютному кризису и распаду финансовой системы страны. Возможно замораживание счетов населения, гиперинфляция и огромные процентные ставки, а ВВП, по нашим оценкам, сократится в 2010 году на 4,8%. К чему приведет эмиссионный сценарий в РБ при ухудшении мировой конъюнктуры – об этом даже говорить не хочется…

– Остается приватизационный сценарий?
– Да, это единственная разумная альтернатива. Значительное ускорение приватизации не только обеспечит наполнение государственной казны, которая в этом остро нуждается, но и повысит экономическую эффективность приватизированных объектов благодаря появлению частного собственника. При этом все нынешние экономические дисбалансы могут быть покрыты за счет привлечения огромного количества инвестиций и прямой продажи больших и мелких объектов внутренним и внешним инвесторам. Конечно, приватизационный путь – непростой, особенно в условиях социально-ориентированного государства. Необходимы осознанная политическая воля и продуманная приватизационная политика. Минувшие 20 лет показали, что приватизация российского образца принесла значительно меньший эффект, чем «точечная» приватизация по-белорусски. По крайней мере, продажа предприятий собственникам, которые заинтересованы в уничтожении собственности ради земли (что не раз случалось в России) принесет только вред. Но, с другой стороны, с приватизацией нельзя больше медлить: если полагаться только на долговой или эмиссионный сценарии, через год ситуация с экспортом еще больше ухудшится, и наши предприятия уже никто не купит за нормальную цену.

– Итак, мы получили шесть сценариев. Что с ними делать директору предприятия?
– Для начала необходимо наладить систему ежемесячного и ежеквартального мониторинга за глобальным уровнями. Затем – проработать все возможные варианты развития событий на этих уровнях. Возьмем для примера розничную сеть, торгующую широкой номенклатурой потребительских товаров. В случае, если подтверждается реализация дефляционного сценария на мировом уровне (т.е. весь набор индикаторов укажет на продолжение снижения деловой активности и снижение совокупного мирового спроса), то логика работы в рамках FMTM упрощенно сведется к поиску ответа на вопрос: как это отразится на экономической ситуации в Беларуси? Анализ торгового баланса (его динамики и структуры) позволит аналитику определить уровень вероятного увеличения дефицита, который может быть сопоставлен с размером золотовалютных резервов. Далее, следует внимательно отслеживать внутренние общереспубликанские (страновые) показатели для того, чтобы обнаружить первые статистические подсказки, по какому сценарию готовы двинуться регуляторы (или полностью бездействовать). Допустим, аналитик видит резкое изменение статьи «кредит органам госуправления», что может быть расценено как прямая эмиссия при дефицитном бюджете (т.е. можно говорить про высокую вероятность третьего, эмиссионного сценария). Аналитик должен понимать, как эти действия отразятся на совокупном потребительском спросе и разработать ряд нивелирующих, продуманных действий, которые помогут встретить вероятную инфляцию и падение потребительского спроса во всеоружии (например, уход в торговые запасы и изменение структуры запасов в сторону дешевых товарных групп). На этом небольшом условном примере мы прошли весь путь от макро-уровня к микро-уровню, т.е. к конкретному сектору экономики, к конкретному предприятию, которое разработало действия на опережение и внимательно отслеживает ситуацию, чтобы применить их, как только увидит подтверждение своим предположениям (сценариям).

– Как создать на предприятии службу прогнозирования?
– В сущности, нужны две вещи: цифры – и люди, которые будут их анализировать. К счастью, в Беларуси есть вся необходимая статистическая база макроуровня, доступная без критического запаздывания в работе – это сборники Министерства анализа и статистики, которым доверяют даже международные институты. Например, в сборниках «Внешняя торговля Республики Беларусь» все товарные потоки подробно расписаны с длинным статистическим «хвостом» за 5–6 лет. Я их часто демонстрирую слушателям на лекциях – и для многих доступность в РБ столь полезной цифири становится откровением. Но еще больший шок испытывают слушатели, когда я называю тираж каждого сборника – в среднем, всего-навсего 120 штук. Причина столь малого интереса к статистике – на поверхности: на подавляющем большинстве предприятий заниматься глубокой аналитикой и прогнозами некому. По большому счету, Беларуси еще предстоит создать собственную школу прогнозирования, макроэкономического анализа и макромоделирования, сопоставимую по «качеству зондирования будущего» с западной школой. Но, при желании, для своего предприятия вы всегда можете найти специалистов более-менее подходящего профиля. Так, в БГЭУ готовят специалистов по экономической кибернетике, а в БГУ на специальности «Мировая экономика» достаточно широко знакомят с экономическим моделированием. Что касается внутренней статистики предприятий, то многие из них имеют хороших IT-специалистов и накопили огромные базы данных по продажам, маркетингу. А для обобщения внутренней и внешней статистики и построения на ее основе сценарных моделей в большинстве случаев вполне достаточно такого общедоступного инструмента как Excel.
Работа с прогнозными моделями изменит к лучшему ваш стиль управления и повысит устойчивость вашего предприятия. Вместо того, чтобы с опозданием реагировать на внешние события как на свершившиеся факты, вы сможете заранее «прогнать» свое предприятие через стресс-тесты: «А где мы окажемся, если завтра рецессия закончится? Или, наоборот, начнется гиперинфляция? Или резко упадет платежеспособность населения? Какие варианты действий есть у нас в запасе?» Самое время поискать ответы на эти вопросы.

Валентин Горошко
30 лет. В 2000-ом году окончил Белорусский государственный экономический университет по специальности «экономическая кибернетика». Начинал бизнес-карьеру с работы трейдером, риск-менеджером, возглавлял аналитические отделы в ряде крупных компаний. С 2006 года – руководитель направления прогнозирования рынков. Разработчик ряда авторских методик в области маркетингового анализа и прогнозирования. Консультант по построению и внедрению CRM-систем.

Интервью подготовлено автором блога. Опубликовано в журнале «Бизнес-ревю».


Добавить комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *